Красные горы
Мы едем по Зайсанской котловине. Дорога шла сначала по долине, потом приблизилась к горам. С невысокого перевала открылся вид на всю долину. В низине на юге скорее угадывалось, чем виднелось огромное озеро, до него было не менее 50 километров.
В знойном мареве полудня, среди однообразной равнины белыми пятнами выделялись солончаки, блестели лужицы мелких озер, в низинках зеленели луга. Над Зайсаном клубились кучевые облака.
Наше внимание привлекли странные красноватые горы. К озеру идет множество дорог. Мы выбрали ту, которая шла мимо розовых гор. Машина легко катилась по глинистой равнине под уклон. Из-под колес летели окатанные гальки — мы ехали по дну древнего озера. Потом пошли заросли ферул. Весна была дождливая, светло-зеленые ферулы вымахали выше метра в рост — целый лес! А вот и белый саксаул. Его не сразу и узнаешь — здесь это скромные кустики. Тут же по соседству, в овражках, таволга. Типичное сибирское растение соседствует с растением знойных пустынь.
Чем ближе мы подъезжали к странным горам, тем больше манили они нас. Они принимали все более причудливые формы. Теперь уже было видно, что горы из глины. Красные, желтые, белые, они вздымались над равниной шатрами и башнями.
Уже кончилась дорога. Машина прыгает по каким-то большим кочкам — жестким подушкообразным растениям. Наконец стоп! Впереди канава, след недавнего ливневого потока, дальше пути нет. Как хочется скорее посмотреть все ближе! Мы выскакиваем из машины и бежим.
Вот и разноцветные скалы — останцы крепких глин. Точно зубы дракона, торчат они среди равнины. Сколько их уже расплылось, растеклось глиняными потоками по степи! Наверное, не так уж много времени нужно, чтобы сгладить эти неровности на поверхности земли. Пройдет несколько десятков лет, и многие из них исчезнут.
Я стою и трогаю рукой глиняную стену, точно шершавый бок древнего чудовища. Она как слоеный пирог из прослоев разных глин вперемежку с песком и галькой, вся в рубцах и шрамах. И здесь на неуютных такырах приютилась жизнь. Распластались приземистые кустики ревеня, поднялись на толстых ножках солянки. Кое-где на нетронутых водой глиняных склонах прилепились лишайники. В воздухе реют стремительные стрижи. Их сотни. Птички поселились в нишах под карнизами глиняных стен. Но ненадежны и коварны эти фальшивые скалы. Недавно бушевал ливень, и теперь всюду видны следы катастрофы: размытые гнезда, разбитые яйца и трупы птиц. Даже орлы и те пострадали.
Я ступаю по сброшенным гнездам орлов, взбираюсь на гребень хребта. Передо мной фантастический «город». Город из замков, башен, пирамид и шатров. Иду по лабиринту, среди хаоса глиняных утесов. Каньон делается все уже. Все чаще его перекрывают ажурные арки и висячие мостики. И все эти сооружения ненадежны и готовы рухнуть в любую минуту, как карточный домик.
Расщелина уже так узка, что я касаюсь руками стен. Промоины расходятся во все стороны, гроты уходят в недра земли. Оттуда тянет сыростью, холодом и запахом зверя. Звериные следы, перья и крылья птиц, рыбьи кости. Самые подходящие места для логова волка или лисицы. Временами мне даже казалось, что я слышу завывание и визг их щенят. На гребне показался одинокий силуэт зверя. Волк! Показался и тут же исчез, как призрак.
Я пробрался в земляной грот. Откуда-то сверху через расщелину пробивались скупые лучи света. С шумом сорвались голуби, заметались ласточки. Они нашли здесь приют и гнездятся, видимо, не первый год. Под кровлей и на стенах десятки гнезд. В полутьме грота замечаю странное сооружение: большущее гнездо какого-то пернатого хищника. Из года в год птица надстраивала гнездо, и теперь это целая «скирда», что-то вроде трона высотой метра в полтора. На полу ворох рыбьих и еще чьих-то костей. Что за хищник жил здесь?
Над головой с жалобными криками кружат красные утки — атайки. Летают каменки, воробьи, удоды. Все они тоже нашли приют среди глиняных стен. Горы эти с древних времен называют Хантайскими.
...
Hair loss it isn't terrible. To you will help on a site Regrow-Hair.org